Стремление вниз

- Виолетта, твой кофе остынет!

- Бегу! – девушка вынырнула из ванной и прошла на кухню. На столе стоял фирменный мамин кофе, который та варила на песке в домашних условиях. Она грела кварцевый песок в глубокой сковороде, после ставила свежесмолотый кофе в турке на песок так, чтобы она не касалась дна. Всегда ждала, пока кофе подойдет трижды, для насыщенного аромата и горьковатого вкуса. Сейчас кофе призывно стоял на столе, присыпанный корицей и манил запахом.

 - Спасибо, – Виолетта отпила и блаженно прижмурилась.

 - Ты сегодня бегаешь, как белка в колесе. Никуда твоя работа не убежит, ты встала на полчаса раньше обычного, – мама придвинула к дочке тарелку с мягкими свежими булочками.

 - Знаю. Я сегодня на нервах, - булочка была с кунжутом, и ее быстро не стало.

 - Помнишь, когда я спросила год назад, какого черта ты пошла на эту работу, ты мне час рассказывала, почему. Ты сказала, что станешь лучшей. И ты стала. Так что хватит заниматься ерундой, иди и забери свой результат!

 Виолетта тепло улыбнулась, поблагодарила за кофе и ушла одеваться. Из униформы ей полагался только приталенный черный пиджак на одной пуговке. Девушка дополняла его атласной блузкой молочного цвета, черной юбкой-карандаш и черными же туфлями на маленькой танкетке. Выглядела она строго и элегантно. Именно так, как и нужно официантке.

 Она последний раз посмотрелась в зеркало: пышные каштановые локоны, большие темно-синие глаза, изящный носик, губы, умело увеличенные макияжем… красавица. Проверила, ничего ли не забыла, и вышла из квартиры.

 Маленький дворик выходил прямо на шоссе, потому до остановки общественного транспорта девушка добиралась через соседние дворы. Арки соединяли длинным проходом все дворы  района и шли паралельно главной автостраде.

 На остановку она пришла даже раньше намеченного. Вчера она долгое время не могла заснуть, а утром проснулась быстро и с натянутыми нервами. Сейчас, ожидая автобуса в центр мегаполиса, она вновь мысленно вернулась ко вчерашнему письму. Мессенджер под вечер завопил посреди ужина жуткой сиреной и замигал красным на всю квартиру - Виолетта пометила ожидаемое сообщение как сверхважное, и маленький экранчик для почты изо всех сил старался обрадовать хозяйку. Она помнила, как резко провела рукой по экрану, так, что тот аж заскрипел, открыла письмо и жадно стала вчитываться.

 "Уважаемая Виолетта К. Ливинсдейл,

 Сообщаю Вам, что завтра, на ежедневном собрании персонала в 14:00 будут розданы рекомендации в связи с окончанием годовой практики.

 Л. Д. Шранк "

 Леопольд Шранк был начальником Виолетты и "документным куратором" ее практики. Это значило, что именно он, и именно сегодня должен был выдать ей рекомендацию на будущее место работы.  В принципе, девушка не сомневалась, что на работе она справлялась лучше всех, все потому, что очень ее любила. Но страх все равно натягивал нервы как канат, в животе то и дело взрывались холодные шарики снега, а дыхание задерживалось на пару секунд. Это было важно.

 За этими мыслями она и дождалась автобус. Пробив жетон, машинально отметила, что на 2 оставшихся дня месяца у нее осталось 6 поездок. Подумала, что их хватит  съездить отметить событие с ее подругой Сидни Эрон - они работали в одном заведении. Все эти мысли мало затронули ее сознание, словно прошлись по касательной. В окне мелькали пейзажи, которые девушка видела каждый день. Старые дома с маленькими двориками, как копии похожие на тот, в котором она жила. Они сменялись домами побольше, с детскими площадками, клумбами и магазинчиками. Автобус немного тряхнуло – они подъезжали к Куполу. Впереди маячили огромные здания из стекла и стали, имевшие всевозможные назначения. Все они были за толстым слоем прозрачного стекла, которое обволакивало весь центр, накрывая его, словно купол (оттуда и название). Красивее всего он выглядел во время дождя, когда сияющие капли падали на стекло, искажая образы и огни большого города. Достоверных сведений о том, на кой черт вообще этот Купол строился, не было. Официальная история утверждала, что в центре выделяется множество вредных газов, и Купол препятствовал их проникновению в жилые районы. Но эта версия, конечно, скрадывала уйму ненужной для обывателей информации, над которой никто не задумывался.

 Один из многочисленных проходов отворился, и автобус проехал внутрь, оставляя за собой жилые районы. И вот тут уже начинался центр - яркие неоновые вывески, пестрые фасады ресторанов, отелей, казино, спа и торговых центров. Сердце города было оплотом развлечений, веселья и денег. Больших денег. Именно здесь работало преобладающее большинство жителей. Здесь развлекались, знакомились с нужными людьми, заключали сделки, отдыхали. В общем, жили, как могли.

 Автобус  нес её прямо к пункту назначения - остановке "Солярис". Это был большой, но не больше других развлекательный комплекс. Примечательным в нем было лишь обилие желтого цвета. Утверждали, что при строительстве "Соляриса" было использовано более 218 оттенков жёлтого цвета, некоторые из которых неразличимы человеческому глазу. Комплекс был далеко не самым красивым из тех, что были расположены тут же, но привлекал внимание. Именно в нем находились одни из лучших ресторанов города. Правда это не считая "Пузыря" – так называли подводный шар, размером с поселок, в котором находились самые лучшие рестораны во всем мире. И не просто так: их сервис и кухня считались эталоном везде и всюду, поэтому они могли похвастаться самой прихотливой клиентурой. Именно в «Пузыре» Виолетта мечтала работать всю свою сознательную жизнь.

 Девушка вошла в лифт, подождала, пока тот загрузится, открыла было рот, но услышала: "восьмой, пожалуйста". Она обернулась в сторону высокого голоса и увидела сероглазую блондинку, чуть полненькую, с круглым лицом и короткими ногами, но очаровательно-милую.

 - Сидни! - блондинка увидела подругу, улыбнулась:

 - Ви! Рада тебя видеть, хорошо, что мы встретились, я бы с ума сошла, пока доверху доехала. А ты как? Я вот вообще не спала...

 Нескончаемый поток фраз и новостей обдал Виолетту. Сидни очень любила говорить, а уж если нервничала, то у неё начинался "словесный понос", как она сама его называла. Естественно, сообщения вчера пришло всем сотрудникам, и подруге в том числе. Все сегодня ехали на работу, как на иголках.

 "Восьмой этаж" объявил приятный женский голос, и они выскочили из лифта.

  - Я боюсь, Ви, - Сидни остановилась перед черным входом в ресторан " Ловец снов" и обернулась к девушке.

 - Не волнуйся, до двух часов ещё много времени. Кроме того, нам просто нужно это пережить.

 - Легко тебе говорить, ты же лучшая.

 - Не говори глупостей, ты ничем не хуже. Пойдем.

 И они вошли. Оставили вещи в общей комнате, последний раз посмотрели в зеркало и разошлись, попутно здороваясь со всеми знакомыми. Шранка нигде не было видно, что вполне верно. Не следует ему сегодня показываться раньше 14.

 Виолетта глубоко вздохнула, поправила юбку и вошла в зал. Ресторан открывался через 10 минут, свою смену закончили все уборщики, декораторы, и персонал занимал свои места. Шелли встала у стойки при входе, Рик зашёл за барную стойку, Зарин пересчитывала приборы в ящиках. "Тоже волнуется" - подумала девушка. Зарин была очень хорошей официанткой, но работала без души, исключительно ради хорошего заработка, это все чувствовали. В зале было 10 столиков и 10 кабинок. Виолетта чаще всего работала здесь. Иногда ее ставили вместе с Сидни в оранжевый зал на 30 столов, иногда в чёрно-белый на 13, или в просторную "банкетку" кофейного цвета.

 Сегодня в зале их было, как и сейчас, четверо. Каждый на своём месте. Столы на Зарин, индивидуальные кабинки на Виолетте. Рик на баре, Шелли - метрдотель. Двери распахнулись, и за ними стали видны жёлтые коврики коридоров торгового центра.

 К Шелли подошла пара с ребенком. Она тут же двинулась по залу, на ходу щебеча. Хоть и не было слышно, что говорит метрдотель, Виолетта прекрасно все знала: поприветствовать, спросить, подойдёт ли кто-то ещё, предпочитают ли они столик в зале или индивидуальную кабину, а может, они хотят сесть в другом зале, столик у окна или в отдалении... Зарин двинулась к клиентам - это был ее стол. Было видно - с началом работы она стала более расслабленной. Через 12 минут пришли и гости для Виолетты: две женщины, мужчина и двое детей. Девушка взяла три меню и два буклета, направилась к кабинке номер 4.

 - Доброе утро. Меня зовут Виолетта, я буду Вашим официантом. Желаете ли что-нибудь на аперитив? - меню она раздавала автоматически, даже не задумываясь: клала справа от посетителей сперва цветные буклеты с детским меню девочке, мальчику, после меню старшей женщине, младшей, мужчине.

 - Да, будьте добры, сок... - одна из женщин посмотрела на девочку, потом на официантку - какие у вас есть?

 - Апельсин, яблоко, вишня, грейпфрут, гранат, фруктовый, томат, морковь, лимон и овощной. Есть ещё свежевыжатые фреши: апельсиновый, яблочный, сливовый и грейпфрут.

 - Апельсиновый сок- запросили одновременно дети.

 - Значит, - улыбнулась женщина - два апельсиновых сока. Не слишком холодных.

 Виолетта кивнула, узнала, не желают ли чего взрослые, снова кивнула и оставила семейство выбирать еду.

 - Два апельсиновых сока, Рик. Пожалуйста, не из холодильника.

Бармен поставил два стакана на стойку:

 - Волнуешься? - парень улыбнулся и подмигнул.

 - Как и все, пожалуй - она убрала прядь каштановых волос от лица.

 - Здесь никто в тебе не сомневается, я тем более.

Виолетта опустила сияющие глаза, но улыбку сдержать не смогла. - Спасибо, Рик. - Она отвернулась от греха подальше, нашла глазами свой столик и поспешила принимать заказ.

 - Сегодняшнее блюдо от шеф-повара – каре ягненка с овощами на гриле.

 - Каре?

 - Каре – это лучшая часть ошейка ягненка, оно не отделяется от кости и прожаривается на гриле.  В добавлении приправ, например шафрана и орегано, мясо получается нежное и сочное с легким молочным привкусом. – Виолетта рассказывала, представляя каждое блюдо, описывая приготовление, степень прожарки и не жалея эпитетов. Она была хорошей официанткой, уважала клиентов, хотела, чтобы они вернулись в «Ловец снов», но самое главное – ей нравилось  то, что она делает. Поэтому ни один клиент не уходил недовольным.

 - Все ко мне в кабинет! – Леопольд пришел ровно в 14:00, секунда в секунду. Могло показаться, что он караулил под дверью заведения, но только тем, кто не знал управляющего рестораном. Девушки переглянулись, Зарин заметно побледнела, Шелли довела последнего клиента до столика, отдала его в руки официантки на смене и подошла к Виолетте.

 - Чувствую себя, как на заключительном заседании суда, -  она нервно провела рукой по волосам,  собранным в маленький хвостик. К ним подошел Рик, и они вместе двинулись в кабинет Шранка.

 - Присаживайтесь, – хозяин обвел рукой собравшихся в просторном и светлом кабинете с деревянными панелями. Виолетта села рядом с Сидни, стул по соседству с ней занял Рик, но сейчас девушку ничего не могло оторвать от семи одинаковых папок на столе босса.

 - Всем добрый день, вы все здесь закончили годовую практику, и ждете своих рекомендаций. Перед тем, как вы их прочитаете и, по обыкновению, перестанете соображать, я хочу поблагодарить вас за отличную работу. Вне зависимости от результатов, всегда вас жду в своем ресторане, буду каждому рад. А теперь, раздаю папки. По-моему, вы и сейчас плоховато соображаете. – Леопольд всегда был краток и убийственно прям. Но, хоть как она не была напряжена, она все же заметила, что при словах «вне зависимости от результатов» он посмотрел на нее.

 Папки оказались в руках молодых людей, они переглянулись и открыли их одновременно.

 Поначалу ничего не происходило, потом широко улыбнулся Рик, «Есть!» воскликнула Вероника – одна  из поваров, а потом взвизгнула Сидни, и уставилась на подругу.  Позже еще кто-то проявлял свои чувства, но Виолетта никого не слышала. Она смотрела на слова «рекомендована в «Калисто»», и чувствовала, как бьет что-то в переносице. Она дышала глубоко, во рту пересохло, взгляд не отрывался от черных букв на бежевой дорогой бумаге. В глазах защипало, Виолетта стала дышать еще глубже, она не могла этого допустить, в кабинете были все ее знакомые. И она все же услышала то, что должна была. Сидни тихо-тихо шептала ей «Я не знаю, как это получилось, это не я, Ви, я не виновата, я не знаю, как это…» и держала за руку. Девушка все поняла. Она посмотрела на подругу, и, видимо, поняли все, так как Шранк сказал всем выматываться из кабинета и праздновать в другом месте. Виолетта так и сидела на месте, Сидни жалостно посмотрела на Леопольда, потом снова на  Ви, и пошла к выходу,  все повторяя «я не виновата, это не я, не знаю, как…».

 Они остались вдвоем. Руководитель подошел к девушке, присел рядом.

 - Молодец, что не расплакалась при всех. Есть в тебе гордость. Хочешь объяснений?

 - Я лучшая здесь. Ни  единого недовольного клиента. Ни единого испорченного блюда, неправильного заказа, ни одного движения  лишнего, я так старалась, я очень люблю эту работу… я была лучшей! – голос сорвался, Виолетта сглотнула, перевела дыхание – Вы хоть знаете, что я учила ее подавать меню? Или рассказывала, сколько что готовится? Или исправляла, когда она не той рукой тарелки подавала? Не с той стороны вино наливала? Вы хоть знаете, сколькому я ее научила?! – руки машинально сжались на злополучной папке, и та легко поддалась, превратившись в дорогой и бесполезный веер.

 - Верно. Место в «Пузырь» всего одно, оно досталось ей. И я скажу почему. Она знает, кому нужно улыбаться, вот почему. За нее попросило начальство, я не смог их переубедить. Я аргументировал это ее недокомпетенцией, но ты же ее научила на свою голову. Помогла подруге. Теперь получай то, что заработала – она просто в нужное время предлагала «кексики за счет заведения». – Леопольд скривился и отобрал у Виолетты рекомендацию.

 - Ты распылилась, решила помочь, и забыла, видимо, что билет в твою мечту всего один. Нечего продвигать конкурентов, ты лишила меня возможности показать ее недостатки, прикрыла собой, так сказать, а она понравилась нужным людям. Я понимаю, почему ты так не делала, уже говорил, что ценю твою гордость…

 - Скорее здравый смысл. Это выглядит до жути фальшиво, – официантка уже слушала мужчину очень внимательно, истерика была отложена на вечер.

 - Как хочешь, но то, что ты не умеешь так делать, не значит, что это плохо. Ничего не мешало тебе вести себя так же, каждый живет, как может. Нечего плеваться в зеркало, – он немного помолчал. Он видел перед собой огромные возможности влияния на юную жизнь, приносившую ему столько прибыли и... некое эстетическое удовольствие. Оно никогда до конца не оформлялось в мужчине, но имело очень точный путь к достижению. – С людьми, у которых свой собственный моральный кодекс никогда не церемонятся, за это они страдают. Живут по своим правилам, не принимая общественных идиотских норм. Тебе кажется, ты уже познала всю несправедливость мира, но будет только хуже там, где рядом не будет людей, вроде меня. Людей, способных тебя понять и увидеть твои достоинства, называемые «неприспособленностью».  Пора повзрослеть, дорогая, и перестать швыряться бесплатной помощью. Она обойдется тебе втридорога. У тебя есть еще много времени, пусть это произойдет с тобой сейчас, когда все можно исправить, и последствия – только твое раненое самолюбие. Слушай меня очень внимательно. – Виолетта кивнула. Она понимала, что только это ей сейчас остается.

 - Я выпрошу тебя у «Калисто» обратно, будешь снова этот год работать здесь. В конце твоего второго года места в «Пузырь» будет два, а не одно, я уже договорился, так что ничьей занозой ты не станешь. Просто еще годик не попадешь под воду. Не смертельно.

 - В «Калисто» я могу точно также спустя год перевестись, – девушка придвинула к себе изрядно мятую папку. – Я вам нужна, ибо со мной от вас половина клиентов уйдут, сюда многие ради меня ходят. Люди могут простить слишком желтый интерьер, остывшую еду, высокие цены, но только не пренебрежение. Никто не будет сомневаться, зная меня, что я не пойду работать в плохой ресторан. – Леопольд усмехнулся. Это был очень умный и очень хитрый человек. Такие в наше время заслуживают не порицания, а уважения.

 - Чего же ты хочешь, птенчик?

 - Потревожьте своих знакомых еще немного, и отправьте меня в «Бионику»

 Шранк насупился. Среди всех ресторанов с высочайшими рейтингами в подводном комплексе, который называли по-простому «Пузырем», «Бионика» считался самым-самым. Без эпитетов, он признавался первым в мире.

 - Я думаю, мои знакомые могут быть на это способны. Я постараюсь, Виолетта. В любом случае,  могу тебе обещать, что твое следующее место работы не будет пересекать  тебя с Сидни.

 И официантка кивнула. Она безумно любила это дело, и не без причины считала его одним из важнейших. Официанты может и считались обслуживающим персоналом, но Виолетта была твердо убеждена, что именно на них держится весь ресторанный бизнес, потому как какой бы вкусной не была еда, вы никогда не вернетесь в ресторан, в котором вас плохо обслужили. И ей нравился «Ловец снов», к которому она привыкла за этот год, он был хорошим местом, лучшим в «Солярисе». Отсюда отправляли больше всего замечательных молодых людей на должности метрдотелей, поваров, сомелье. И было еще кое- что странное, что нужно было выяснить...

 - Прямо сейчас разве не вы швыряетесь бесплатной помощью? – спросила девушка, как только подписала новый годовой контракт, включающий новые, нестандартные условия.

 Леопольд странно на нее посмотрел, как будто она только что сморозила глупость.

 - Я свое получу, как бы ни сложились обстоятельства. Можешь обо мне не переживать.

 Выходя из кабинета, она увидела в коридоре Ричарда Ферминга, который ждал ее с тревогой.

 - Как ты? Это так несправедливо, даже не…

 - Не забивай голову! – Виолетта подмигнула ему, и, неожиданно, налетела и крепко обняла. – Я рада, что со мной это случилось. Я получила гораздо больше, чем опыт работы. Кроме того, остаюсь здесь еще на год.

 Рик, немного опешив от такой реакции, смущенно улыбнулся. – Меня определили в «Кориандр». Помнишь, тот замечательный уютный ресторанчик. Правда, на другом конце города... Я хотел остаться работать здесь, но уверен, там уж точно не хуже. Да и Леопольд в последнее время намекал, что собирается отправить меня подальше.

 - Да, я так и думала –  произнесла Виолетта, задумчиво глядя на только что закрывшуюся дверь куратора. Через мгновение ее мысли просветлели, и она улыбнулась, с полным осознанием чужой цели и полной готовностью ее принять. Но сейчас у нее наступили выходные.

 - Ты идешь с остальными праздновать?

 - О нет, я совершенно свободна этим вечером, не нужно мне их странных сожалений – девушка выжидательно сверкнула синим глазом.

 - Так может, сходишь со мной поужинать? Смена окончена, я подумал…

 - Заедешь за мной в шесть. Имей в виду, никакого «Калисто» – она рассмеялась и пошла собирать вещи. Истерика была отложена надолго, ей предстояло многое осознать и, скорее всего, сменить пару взглядов на жизнь.

Просмотров: 399